тому, сколько в ее голосе было безразличия. «Приезжайте хоть всем отделом», – подумала она.
– Отлично! Значит, мы подъедем к вам в районе четырех. Адрес у нас есть. До встречи!
Не убирая телефон, Эва набрала номер помощницы. Та ответила почти мгновенно, будто только и ждала звонка.
– Мисс Белова! С вами все в порядке? Я слышала, что вчера произошло! Мистер Морган, он… Это такая трагедия! Мне так жаль… – залепетала девушка.
– Да, спасибо, Кристи. Вчера был не самый лучший день в моей жизни, – устало протянула Эва, наливая кофе. – Я заеду сегодня вечером в офис, там остались кое-какие важные бумаги. Перенеси, пожалуйста, все встречи и звонки, проси всех писать на мэйл и самое срочное пересылай мне – я позже просмотрю. Не хочу сейчас ни с кем разговаривать.
– Это даже не обсуждается! – воскликнула Кристина. – Как вы себя чувствуете?
Эва глотнула свежесваренный кофе и поймала себя на мысли, что если бы вместо него было что-то покрепче, то ей было бы значительно лучше.
– Ничего. Нормально. Сегодня ко мне приедут из полиции.
– О боже, это все так страшно!
– Приятного мало, – Эва сделала еще глоток. – Я так понимаю, там уже много репортеров, желающих со мной пообщаться?
– Электронка завалена, и с самого утра куча звонков, – вздохнула Кристи. – Охранникам пришлось выпроваживать нескольких журналистов из здания.
Эва грустно улыбнулась:
– Ну что ж, держите оборону. Никому ничего не говори, отвечай «без комментариев». Им и без меня сейчас есть про что писать. Поднимут всю информацию о Сэме и промоют ему все косточки о том, какой он был бессердечный и как нечестно строил бизнес. Ах да, еще припомнят Венесуэлу, – от злости у нее свело челюсть.
– Я все поняла, не переживайте. Все под контролем, можете на меня рассчитывать.
– Я знаю, Кристи. Если случится какой-то форс-мажор, обязательно звони.
– Хорошо. Позже перешлю вам все письма. Отдыхайте!
Получится ли у нее сегодня отдохнуть – еще большой вопрос.
Кристина Эванс была единственным человеком, которому Эва могла доверить саму компанию и даже чуточку больше. Девушка была трудолюбивой, ответственной и преданной делу – три качества, которые Эва ценила в людях больше всего.
Они пришли работать в «Ай Ди Продакшн Моргана» почти в одно время. Когда Сэм уступил Эве кабинет директора, у него была другая помощница, Агата Джонсон, работавшая с ним практически с самого основания фирмы.
Когда же отчим собрался уходить на пенсию, Агата заявила, что работать без него отказывается. Благодаря настоятельным просьбам Сэма она научила пришедшую ей на смену Кристину всему необходимому. Времени много не понадобилось – та все схватывала на лету, что тоже восхищало Эву. Ей самой для того, чтобы разобраться в чем-то, приходилось тратить много времени и сил.
Кристина много раз выручала ее в сложных ситуациях, и Эва была уверена, что девушка справится и в этот раз.
Сделав еще глоток обжигающего напитка, Белова осмотрела свое жилище.
Эту квартиру-студию они с Сэмом купили чуть больше полугода назад. До этого жили в одном большом доме. После смерти мамы они долго не могли решиться на покупку другого жилья, поскольку то место было им особенно дорого. Но в один момент Сэм решил уйти с работы, переехать подальше от центра и городского шума и купить небольшой домик в тихом райончике Блу Айленда.
Эва любила городскую суету, и ко всему прочему ей удобнее было жить ближе к офису, поэтому они купили и эту комфортабельную квартиру на пятнадцатом этаже рядом со Старым Городом.
Сама она считала студию просто идеальной. В ее распоряжении было около двухсот пятидесяти стильно обустроенных квадратных метров со светлыми стенами и огромными панорамными окнами.
Эва провела ладонью по гладкой поверхности черной мраморной столешницы – она помнила, как долго они с Сэмом спорили, какой цвет больше всего подойдет для кухонной зоны. Сэм победил. Но Эва кухней практически и не пользовалась. Она не любила готовку: на завтрак предпочитала чашку кофе или чая, обедала в уютном кафе, расположенном на первом этаже «Ай Ди Продакшн», и ужинала там же, если задерживалась допоздна, – что происходило почти ежедневно. На выходных чаще всего заказывала еду из любимого ресторана европейской кухни.
Эва помыла опустошенную чашку и решила прибраться. Чтобы немного отвлечься, она включила стереосистему и выбрала последний альбом Ланы Дель Рэй. Квартира наполнилась звуками мелодичного инди-попа.
Белова заменила постельное белье в спальне, загрузила стиральную машину и запустила робот-пылесос.
Взявшись протирать пыль с висевших на стене фотографий, она наткнулась на совместные снимки с мамой и Сэмом. На фотографиях ей лет пятнадцать. Они катались на трамвае по крутым склонам в Сан-Франциско. Несмотря на то, что трамвай ехал неспешно, перед каждым спуском у Эвы захватывало дух, и она хватала маму за руку, отчего та смеялась. Тогда Сэм попросил сидевшего напротив них темнокожего парня с цветными дредами их сфотографировать. Снимок получился не с первого раза, потому что Эва все время готовилась к очередному склону и поглядывала в окна. Как же давно это было.
Снимки из Сан-Франциско были ее любимыми. Вот они с мамой уплетают одну здоровую сахарную вату на двоих в парке «Голден Гейт». Другой снимок был сделан в маленьком китайском ресторанчике на Джуда-стрит. Тогда они еще не подозревали, что им принесут супер-острую лапшу, и есть ее мог только Сэм. А после целый вечер мама отпаивала его таблетками от изжоги.
Эва улыбнулась, протирая снимок, на котором она дразнит Сэма, стоя за его спиной и изображая, с каким серьезным лицом он разговаривает по телефону.
С фотографиями было покончено, и она перешла к книжным полкам в гостиной. Сколько же там было сувениров, привезенных Сэмом из разных деловых поездок по всему миру: стеклянные шары из Праги, Мадрида, Милана, Афин и бог знает, откуда еще; целый альбом сувенирных открыток, которые он отправлял ей экспресс-почтой, если застревал где-то надолго.
Эва всегда с умилением представляла, как Сэм в плотном графике выкраивал время, чтобы прогуляться по сувенирной лавке и выбрать для нее подарок. Она знала, что это дело он не мог поручить никому. Он даже мог опоздать на деловую встречу, но сувенир из маленькой лавчонки в захолустном уголке Берлина привезти ей должен был.
Девушка только сейчас осознала, как много у нее дома мелочей, напоминающих о Сэме. Она понимала, что оставить эту квартиру и переехать в место, где будет меньше всего воспоминаний о нем, было бы кощунством – он с душой выбирал ей жилье, а она обустраивала это гнездышко под себя.
До приезда детективов оставалось еще много времени, которое она решила уделить занятию на тренажере.
Глава 6
– Дэвидсон, мы с тобой провели наедине чуть больше часа, а ты меня уже утомил своей болтовней.
Это была первая фраза, которую произнес Майкл, как только они вышли из машины, подъехав к дому Сэмюэля Моргана. Всю дорогу до места преступления Рой рассказывал ему о своих предыдущих расследованиях и о том, как его уравновешенность и педантичный подход к делу помогали быстро и качественно выполнять работу.
Последние несколько километров дороги Майкл уже практически был готов выйти из машины на ходу. Рой пропустил его пожелание мимо ушей.
– Скажи, Коннор, не похоже ведь, чтобы здесь жил миллионер? – спросил он, натягивая на руки резиновые перчатки и окидывая взглядом дом, огороженный полицейской лентой.
Они стояли перед светлым каркасным зданием. Дом был двухэтажным, с большими окнами и гаражом, и ничем не отличался от еще пары десятков, находившихся на этой улице. Лужайка, протянувшаяся вдоль тротуарной плитки, ведущей от дороги ко входу, небольшая, но ухоженная.
– Может, он от кого-то таким образом скрывался? Чтобы не привлекать к себе внимания, и все такое, – предположил Коннор. – Смотрю, Родригез тоже на месте, – он кивнул в сторону старенького служебного «мустанга», уже стоявшего возле дома. – Ты вчера все
